The God

Мне кажется, что я живу в этом чудовищно-ужасном сне уже миллионы лет и не знаю, прекратится ли он когда-нибудь. Я не понимаю жизнь это или смерть. Быть может это нечто среднее между этими крайностями, которое не оставляет мне ни единого мига спокойствия.  Я называю это сном, потому что не знаю, как еще можно охарактеризовать это состояние. Он начинается моим пробуждением в зале. Я лежу на полу, плиты которого разложены на шахматный манер, они настолько отполированы, что в них можно увидеть свое отражение, что я и делаю. Я вижу юношу. Длинные черные волосы свешиваются почти по пояс и закрывают полуголое тело. За спиной мелькнуло что-то, что заставило душу сжаться в груди.. Обрубки крыл.. Я пытаюсь встать и бежать от ужаса, но цепи прикованные к полу и кандалы на запястьях не дают встать в полный рост. Мое положение заставляет меня рассмотреть зал, в котором я проснулся. Он огромен, с колоннами по бокам. Между колонн тянется бардовый ковер, заканчивающийся у ступенек, ведущих к основанию трона. Зал мог бы вместить в себя тысячи людей, но только пустота окружает меня. Хотя только сейчас я замечаю, что все же я не один. На троне, скрестивши ноги, сидит тварь. Чувства подсказывают мне, что она пристально наблюдает за всем, что я делаю, хотя и не смотрит в мою сторону. Она передвигает какие-то фигурки, на столе, который стоит подле нее. Вокруг застыла немая тишина. Слышны только тихое шуршание передвигаемых фигурок и шепот странной твари, будто она разговаривает сама с собой. Периодический нервно-истерический смешок, придает ей сходство с душевнобольным. Кажется все ее внимание приковано к столу и действию, разворачивающемуся на нем. Невольно мой взгляд направляется на поверхность стола. Внезапно все вокруг становится размытым.. секунда, и я уже нахожусь в самом действии.

Вокруг все до сих пор плывет, но чувства постепенно возвращаются ко мне. До меня доносятся крики беснующейся толпы, обоняние чувствует запах дыма и, вместе с тем, паленого мяса. Совсем рядом кто-то кричит криком полным агонии. Резкой вспышкой ко мне возвращается память, и только сейчас я понимаю, кто висит рядом со мной на столбе, объятый яростным пламенем! По моим глазам ручьями текут слезы, а изнутри, вместе с диким отчаянием, рвется наружу ненависть. Немой вопрос застрял в пересохшем горле: "За что ее?". Руки стянуты за спиной, а сам я привязан к столбу напротив, но это только для того, чтобы мое тело находилось в вертикальном положении. Сухожилия, выдернутые из суставов, порванные мышцы; вывернутые пальцы, заботливо поставленные на свои места должны нестерпимо болеть, но все это ничто по сравнению с происходящим. Проклятья толпы практически заглушают спокойные молитвы священника, который шлет милосердному богу просьбы простить заблудшие души и вернуть их в свое лоно. Я уже не чувствую, как огонь пожирает мою искореженную, инквизиторами, плоть. Мое тело умерло до того как его подготовили к очистительному огню, лишь душа оставалась в мертвом теле, чтобы быть рядом с возлюбленной. И не оставлять ее наедине с тварями, подобными той, у стола с фигурками.

Декорации вновь расплываются, а когда мое сознание проясняется, то я снова вижу эту же тварь. Теперь уже она смотрит мне прямо в глаза. На мой крик, полный нестерпимой боли, похожий на вдох утопающего, который снова погружается в глубину, она отвечает легкой ухмылкой. Ее рука берет фигурку... Зал теряет формы, меня тянет к столу... Скоро я увижу, что она придумала на этот раз...

Любимая, я снова иду к тебе...

10 ноября 2007г.